Президент Украинской Эндодонтической Ассоциации профессор Антонина Политун: «Термин «перелечивание» должен уйти в прошлое»

У доктора медицинских наук, профессора кафедры терапевтической стоматологии Национального медицинского университета имени Александра Богомольца Антонины Политун в последнее время появился еще один титул — президент Украинской Эндодонтической Ассоциации. «Президент — это такая должность, которая требует только одного — работать, работать и работать», — говорит Антонина Михайловна. И наш разговор — прежде всего об этой новой грани в деятельности известного стоматолога.

«Эндодонтистам необходимо профессиональное общение»

— Антонина Михайловна, Украинская Эндодонтическая Ассоциация — организация новая. Вы уже нашли свое место среди профессиональных объединений стоматологов?

— Украинская Эндодонтическая Ассоциация создана в 2006 году, хотя инициативная группа работала около года. Вначале некоторые стоматологи смотрели на идею ее создания с определенным скепсисом: зачем еще одна ассоциация, если уже есть АСУ? Но уже первые шаги показали, что потребность в такой узкоспециализированной ассоциации есть, потому что эндодонтистам очень необходимо профессиональное общение. Это подтверждают и наши международные научно-практические конференции, посвященные вопросам эндодонтии, в частности интерес к ним и участие практических врачей. Только в сентябре 2006 года в конференции приняло участие около 300 врачей-стоматологов, и не только узкие специалисты-эндодонтисты, но и врачи-стоматологи общей практики. Следует отметить еще одно обстоятельство — высокий профессиональный уровень проводимых мероприятий, что подтверждается интересом к ним не только украинских специалистов, но и наших коллег из России, Польши, Словакии, Израиля. Нас поддерживают международные организации эндодонтистов, в частности IFEA (Международная Федерация Эндодонтических Ассоциаций). Кроме того, нашу ассоциацию поддерживает и FDI, под эгидой которой мы регулярно проводим конференции по программе «Продолжение обучения».

— Что нового внесла Эндодонтическая Ассоциация в жизнь стоматологов Украины и соседних стран?

— Нужно было расширить информационное поле. И наша Ассоциация приложила усилия к тому, чтобы врачи-стоматологи могли читать русскоязычную версию журнала «Endodontic Practice». Шеф-редактор этого издания известен стоматологам Украины и читателям журнала «ДентАрт» — это доктор Джулиан Вебер из Великобритании. Когда он впервые приехал в Украину, у нас состоялся интересный профессиональный разговор. Он убедился, что наши врачи очень многое знают и умеют, и помог убедить издателей журнала, что русскоязычная версия «Endodontic Practice» помогла бы специалистам из Украины, России и других русскоязычных стран, и в то же время журнал, имеющий такую же практическую направленность, как и «ДентАрт», значительно расширил бы свою читательскую аудиторию. Переговоры завершились успешно, и теперь журнал «Эндодонтическая практика» стал для многих врачей, занимающихся эндодонтией, настольным пособием. Но мы намерены издавать и собственный эндодонтический журнал.

Потом мы начали расширять круг наших встреч с практикующими врачами, и одной из таких форм стали круглые столы. Потребность в них мы ощутили во время проведения научнопрактических конференций. В эндодонтии сегодня много дискуссионных вопросов. Изменились методические подходы к эндодонтическому лечению. Но во врачебном мышлении эндодонтистов это новое еще не заняло должного места, и нередко еще доминирует традиционное представление. Нельзя подходить к новым технологиям со старой философией. И сломать эту старую философию очень трудно. Нужно подобные вопросы обсуждать, и я подумала, что лучше всего это делать в формате круглого стола. Первый такой круглый стол состоялся в ноябре 2006 года во Львове.

— И какова была его тема?

— Очистка корневых каналов. На первый взгляд, очень простая тема, какая здесь может быть дискуссия? Чем лучше очистишь, тем лучше результат. Но существует много нюансов, влияющих на эффективность именно этого этапа лечения и конечный результат. Я выступала там с докладом. Выступали врачи, ведущие научные исследования в этом направлении. Например, Галина Васильевна Левченко исследует вопрос использования ультразвука для очистки корневых каналов, она защитила кандидатскую диссертацию по этой теме. Александра Дмитриевна Головчанская занимается вопросами осложнений при пломбировании корневых каналов, причинами их возникновения. Последствия таких осложнений утяжеляются при некачественной очистке и дезинфекции корневого канала.

Чтобы избежать таких ошибок, нужно досконально знать само строение корневых каналов. К сожалению, этому вопросу необходимого внимания не уделяли. На рынке Украины появилась система РинсЭндо (RinsEndo), которая дополняет арсенал инструментов для очистки корневых каналов. В РинсЭндо использована особенная гидродинамическая система, которая позволяет привычными ирригационными растворами очищать корневые каналы значительно эффективнее. Поэтому мы пригласили представителя фирмы Дюрр Дентал Рудольфа Тренкеншу, чтобы он познакомил стоматологов с этим новым приспособлением. Клиническую оценку значимости и эффективности ирригации корневых каналов дали в своих выступлениях практикующие врачи Тарас Городецкий (Львов), Григорий Дьячун и Наталия Гринь (Киев). Итак, нам удалось, с одной стороны, привлечь врачей к обсуждению важных эндодонтических проблем, а с другой — все участники смогли увидеть хорошие эндодонтические работы, выполненные нашими врачами. Встреча завершилась принятием рекомендаций по обсуждаемой теме. Подобные встречи мы планируем продолжать.

«Хороший эндодонтист сегодня может достичь успеха в 95% случаев»

— У нас уже много клиник, где эндодонтическое лечение выполняется на высоком уровне, но много и стоматологических кабинетов, где оно делается довольно примитивно. Как подтянуть тех, кто работает по старым стандартам?

— Вы правы: наряду с хорошими эндодонтистами у нас хватает и тех, кто работает очень плохо. Что стоит за этим словом «плохо»? Статистика свидетельствует, что у нас в стране 75% ранее леченных эндодонтически зубов подлежат перелечиванию.

— А в развитых странах мира?

— Там, наоборот, 75% не требуют перелечивания. А с появлением самых современных технологий, новейшего оборудования уровень успеха хорошего эндодонтиста — 94-95% и выше. Когда говорим о неудачном эндодонтическом лечении, то тут с развитием эндодонтической техники появилась еще одна беда. Для того, чтобы успешно использовать новую технику, нужно и в совершенстве овладеть ею, и правильно понимать методологию лечения. А врачи нередко нарушают эти принципы. И думают, что хороший инструмент сам принесет успех. Это приводит к появлению очень грозных осложнений. Грозных даже не в плане потери зуба, а возникновением стойких функциональных нарушений, влияющих на качество жизни пациента, потому иногда приходится говорить: лучше б удалили этот зуб, чем так полечили.

— С какими случаями этих «грозных» осложнений идут к Вам на кафедру пациенты?

— Иногда агрессивное вмешательство приводит к попаданию силера, причем в очень больших количествах, туда, куда он вообще не должен попадать, например, в здоровую костную ткань. Еще более грозное осложнение — контакт силера с магистральными нервами (выведение материала в канал нижней челюсти). Это приводит к выраженным неврологическим расстройствам. Кроме клинических проявлений, выраженного болевого синдрома, еще и появляются зоны снижения чувствительности либо полной ее потери. В последующем развиваются тяжелые функциональные расстройства в зоне иннервации пораженного нерва, что влияет на психо-эмоциональное состояние пациента, его социальный статус. И суть этой проблемы в том, что, несмотря на активное лечение, прийти к полному восстановлению функции и структуры пораженных зон у всех пострадавших невозможно. У трети таких пациентов мы не добиваемся положительного результата. Ведь он наступает тогда, когда инородное тело, находящееся в канале нижней челюсти, полностью удалено. А это очень трудно.

Поэтому осложнения эндодонтического лечения вызывают у меня большую тревогу, и я вижу задачу нашей Ассоциации в том, чтобы способствовать обучению врачей, как такого рода осложнений избежать. Очевидно, нужно еще немало времени, чтобы все врачи в совершенстве овладели эндодонтическими технологиями. И помнили, что прежде всего они — врачи. И что эндодонтическое лечение предполагает сохранение зуба, но отнюдь не перелечивание. Для меня сам термин «перелечивание» — как заноза в мою профессиональную гордость. Вот разрабатывается новый материал, и среди требований — чтобы он хорошо извлекался из корневого канала в случае показаний к перелечиванию. Все правильно, но трудно смириться с тем, что врач должен думать о необходимости перелечивания. Современные эндодонтические технологии позволяют лечить зубы без перелечивания, с прекрасным прогнозируемым результатом.

Кроме упомянутых мероприятий, Ассоциация еще планирует проводить конкурсы эндодонтического мастерства, которые станут одним из путей демонстрации наших достижений и поднятия престижа врачей-эндодонтистов. И еще одно очень важное направление: мы планируем вплотную заняться оказанием эндодонтической помощи сельскому населению, поскольку техническое оснащение стоматологии в этих регионах очень далеко от современных возможностей. Но вместе с тем есть достаточно много простых технологий, позволяющих получать вполне современные результаты лечения. Обучение таким технологиям широкой аудитории врачей-стоматологов общей практики, на наш взгляд, может значительно повысить качество стоматологической помощи населению Украины. Совместно с вице-президентом Ассоциации профессором Таисой Скрипниковой мы уже обсуждали идею создания специальных учебных программ по эндодонтии для врачей-стоматологов общей практики и широкого внедрения в систему постдипломного образования. Такую идею поддерживает Главный стоматолог МЗ Украины профессор Алексей Павленко.

— Да, теперь у Вас двойная нагрузка…

— Мне иногда говорят: «Зачем тебе университет, ты нужнее врачам с опытом, чем тем, кто только в самом начале пути». Но более 40 лет моей жизни прошли в этих стенах, я словно пуповиной с ними связана, и разорвать эту связь очень трудно, да и зачем это делать? Я окончила институт в 1961 году, два года по направлению работала в Николаеве, с 1963 года обучалась в аспирантуре при этой же кафедре терапевтической стоматологии, которой тогда руководил Исаак Осипович Новик. Мое воспитание как врача и ученого началось с общения с профессором Новиком. Это был прежде всего великий врач, врач с большой буквы. Ему были присущи те черты, которые, к сожалению, сегодня некоторые выпускники медицинских вузов теряют. Он любил свою профессию, был очень грамотным специалистом, любил людей, и у него была огромная страсть к познанию. Он ее и мне сумел передать, я тоже стала информационным фанатом. Особенно последние годы много езжу, встречаюсь с коллегами из разных стран мира. Исаак Осипович был руководителем моей кандидатской диссертации, посвященной гингивитам у детей и подростков. И другую черту я ценила в своем учителе: он совершенствовал не только свое познание, но и клиническое мышление. Я стараюсь теперь это передать своим студентам. Врачебная мудрость всегда чувствовалась в этом человеке. Я его лекции до сих пор помню.

Профессор Новик для каждого из нас был учителем по жизни. Он радовался успехам своих учеников. Приходил с такой тетрадочкой и говорил: вот информация для Политун, вот для Мащенко… Но самую большую роль в моем профессиональном становлении сыграл профессор Николай Федорович Данилевский, которого мы потеряли совсем недавно, и боль от этой потери еще постоянно сжимает сердце. Он возглавил кафедру после смерти Исаака Осиповича. Профессор Данилевский был необыкновенным руководителем, и прежде всего талантливейшим организатором. Он умел видеть перспективу, реальные пути развития стоматологии. Я возглавляла на кафедре учебнометодический сектор, у нас было очень много новшеств. Данилевским впервые в те далекие годы была предложена профессионально ориентированная структура кафедры, прежде всего ее материально$техническая база. По его предложению были выделены специализированные отделения — учебные кабинеты (например, по изучению болезней слизистой оболочки рта, болезней пародонта, эндодонтии и др.). Тематические занятия по этим разделам стоматологии проводились в этих специально оснащенных кабинетах. По его инициативе на кафедре впервые в Украине был создан методический кабинет для студентов и преподавателей, который играл очень важную роль в подготовке преподавателей к занятиям, организации самостоятельной работы студентов, повышении квалификации преподавателей. Для совершенствования мануальной подготовки студентов была организована студенческая стоматологическая поликлиника, где студенты выполняли роль и врачей, и ассистентов, и медицинских сестер, и главного врача. Профессор Данилевский много сделал для совершенствования наглядности преподавания. Широкий отклик и высокую оценку получили созданные под его руководством более 20 учебных кинофильмов.

Стоматологам Украины и других стран больше известны научные разработки профессора Данилевского, они касались почти всех разделов стоматологии, в том числе и эндодонтии. Когда в те годы на кафедре побывал министр здравоохранения СССР профессор Борис Петровский, он заключил, что именно здесь, на этой базе надо организовывать первый факультет повышения квалификации преподавателей стоматологических вузов страны. И это так и было.

Николай Федорович был руководителем моей докторской диссертации, посвященной профилактике заболеваний пародонта.

— Отдав дань детской стоматологии и пародонтологии, Вы окунулись в проблемы эндодонтии. Чем вызван Ваш интерес?

— Это был период, когда мы, стоматологи, вышли на новое информационное поле. Больше нет железных занавесов, никто не варится в собственном соку. И, наверное, самый значительный революционный скачок в своем развитии совершила эндодонтия. Появились новые технологии, инструменты, приборы, которых у нас раньше не было. Практические врачи хотели получить рекомендации по этим технологиям, и надо было ответить на эту потребность времени. Когда в начале 90-х годов начала развиваться частная стоматология, одна из моих учениц — Стелла Авдышева — создала клинику. Пригласила посмотреть, как у нее все получилось, и помочь советом. Вот так я уже больше десяти лет советом и помогаю. Это известная киевская клиника «Стэдли». Она была полигоном внедрения многих технологий и материалов, начиная от установок «Сирона» и заканчивая эндодонтическими инструментами последнего поколения. Работа в такой клинике помогла на практике увидеть преимущество современных технологий в эндодонтии, реставрационной стоматологии, имплантологии, пародонтологии, протезировании.

Конечно, хотелось бы и университетскую клинику видеть оборудованной по самому последнему слову технического прогресса, но мы с вами реалисты и понимаем, что пока государство не может это обеспечить. Поэтому по предложению профессора Данилевского был организован учебный центр Ассоциации стоматологов Украины, который я возглавила. И основная задача этого центра — информация о новых достижениях в стоматологии и обучение врачей новым технологиям. Это и привело меня к углубленному изучению эндодонтии.

«Меня очень беспокоит бездушное отношение стоматологов к пульпе зуба»

— Правда ли, что Вам, президенту Украинской Эндодонтической Ассоциации, принадлежит выражение: «Самая большая моя мечта — чтобы эндодонтии вообще не было»?

— Ну, подобное Вы можете услышать не только от меня. Я в душе своей — профилактик, всю жизнь ею занималась. И я верю в то, что настанут времена, когда подавляющее большинство людей будет иметь хорошее стоматологическое здоровье в полном смысле этого слова. Какую роль здесь должна сыграть эндодонтия? Первый этап профилактики в эндодонтии — это сохранение пульпы зуба. Меня очень беспокоит то, что в Украине (да и других странах) сотни, тысячи зубов депульпируются без медицинских к этому показаний. И я всегда очень жестко говорю врачам: это преступление, за которое надо судить. Конечно, когда не будет кариеса, то и эндодонтия будет не нужна в таких объемах. Но когда это еще будет!

— Надо ведь еще изменить отношение пациентов к своему стоматологическому здоровью…

— Поэтому еще одна задача нашей Ассоциации — разработка материалов для информирования населения. В отличие от западноевропейских стран, наше население мало знает о сути стоматологического здоровья, профилактике стоматологических заболеваний и современных возможностях стоматологии. Пациент не знает,как выбрать клинику, врача, как оценить полученное лечение, адекватное, полное, современное ли оно? Этим тоже должны заниматься профессиональные объединения стоматологов.

— Каковы «узкие места» эндодонтии сегодня?

— Это, во$первых, как я уже говорила, низкая эффективность эндодонтического лечения, когда позитивные результаты лечения в отдаленные сроки сохраняются у малого количества пациентов (до 30%). Поэтому изучаем причины этого и способы получения прогнозированных позитивных результатов. Второе узкое место — низкий уровень технической оснащенности во многих стоматологических лечебных учреждениях. И причина не только, а иногда и не столько в отсутствии средств, но и в отсутствии знаний у врачей, как выбрать инструменты, которыми можно было бы достичь прогнозированного результата. Таким узким местом есть и бездушное отношение к пульпе зуба, которая играет очень важную роль в выполнении зубом своей функции. Если нет пульпы, зуб не может функционировать полноценно, как бы нам этого ни хотелось. И поэтому очень важно внедрение таких методов, которые бы позволяли сохранять пульпу зуба. К сожалению, наши врачи, особенно представители ортопедического направления, не задумываясь, идут на депульпирование ради того, чтобы использовать зуб как опору для ортопедической конструкции. Нигде в медицине не найдем такого, чтобы уничтожали живую ткань для постановки искусственной конструкции. Нужно изучать эти вопросы и уточнять показания к депульпированию, круг которых должен быть сужен.

— Почему же многие врачи не разделяют таких подходов?

— Принятые у нас методы сохранения пульпы ненадежные. Поэтому врач и думает: лучше депульпирую сегодня, чем через несколько лет возвращаться к этому снова. Но в мире существует много методик сохранения пульпы, которыми мы пренебрегаем. Некоторые из них использовались и в Украине, и в бывшем Советском Союзе и не утратили своей актуальности. Наконец, осложнения, о которых мы говорили, их профилактика и ликвидация последствий — это тоже одна из первоочередных задач.

— Вы лично этим занимаетесь?

— Да, кроме лекций, в университете я веду и клинические консультации больных. К сожалению, и в случаях тяжелых осложнений пациенты нередко обращаются через 2-3 месяца, когда возможность возвратить органам их функции ограничена. Наверное, только в нашем университете есть отделение нейростоматологии, куда и обращаются больные с тяжелыми осложнениями после эндодонтического лечения.

— Как Вы оцениваете состояние вузовской стоматологической науки?

— Я считаю, что если стоматолог не занимается наукой, он не может быть ни хорошим педагогом, ни хорошим клиницистом. Ведь врач должен владеть навыками и умением анализировать то, что он делает. Для клинической практики, формирования клинического мышления врача навыки научного анализа очень важны. С другой стороны, следует подчеркнуть, что без глубинных исследований ни в одной области медицины не возможен прогресс. А это требует необходимой материально-технической базы научных исследований. С этой точки зрения основная проблема современной вузовской науки в постсоветских странах — это отсутствие экономической базы, мизерное финансирование, и поэтому я всегда готова склонить голову перед той молодежью, которая в таких неблагоприятных условиях ведет научные исследования, нередко на общественных началах и за собственные средства.

Пока мы не видим со стороны государства действенных мер по стимулированию научных исследований, и об этом можно говорить только с болью.

«Пусть Вашим спутником всегда будет стремление к познанию!»

— Интересно, а как Вы пришли в науку и вообще в стоматологию?

— Родилась и вырастала я в украинском Полесье, в райцентре Иваница (теперь это поселок Ичнянского района Черниговской области). Иваница лежит между двумя жемчужинами природы и паркового искусства — Качановкой и Тростянцом. Качановка, где мы жили в войну, — это историко-культурный заповедник, красивые озера, лес, усадьба, куда приезжали Шевченко и Гоголь, Глинка и Гулак-Артемовский, Марко Вовчок и Илья Репин… Эта красота не могла не заронить в мою душу любовь ко всему живому, что, наверное, и определило путь в жизни. Школа в Иванице была отличная, все выпускники, кто только хотел, поступали в вузы. Я училась хорошо, закончила школу с серебряной медалью. Очень любила читать, забравшись куда-нибудь в укромный уголок, и эта привычка осталась у меня на всю жизнь. Помню, как-то заболела корью, и чтобы я воспрянула духом и силами, родители позволили мне читать «Анну Каренину», хотя еще и рановато мне было такую «взрослую» книгу читать. Но учить уроки и читать книги приходилось преимущественно вечерами, так как и на мне держалось домашнее хозяйство. Отец, Михаил Иванович, всегда в дороге — 40 лет работал водителем, между прочим, без единой «дырки» в талоне, потом преподавал автодело в школе. Кстати, организовал там краеведческий музей. Мама, Мария Карповна, тоже всю жизнь тяжело работала в сельском хозяйстве. Мои родители были людьми очень искренними, открытыми, они учили и нас с сестрой, и потом наших детей делать людям добро.

У нас в Иванице в районной больнице работал главным врачом отец моего будущего супруга Александр Тимофеевич Седой, его все знали и уважали. И его любовь к людям и своей специальности повлияла на мое решение поступать в Киевский медицинский, на медфакультет. Как медалистка, я рассчитывала сдать устный и письменный экзамен по физике, получить 10 баллов и стать студенткой. Получив 9, пришла в приемную комиссию документы забирать. А секретарь комиссии мне и говорит: «Зачем же забирать? Вы можете спокойно сдавать дальше экзамены. Но я Вам советую другое. Идите на стоматологический факультет. Вам там ничего больше сдавать не надо. Но даже не в том дело. Вот я — стоматолог, и хотя сейчас и не работаю по этой специальности, стал биохимиком, но мне стоматология очень много дала». Я согласилась. А секретарем этим был будущий профессор Кузьма Никитич Веремеенко, которого все стоматологи знают, так как он много лет работал на стоматологию. У него есть работы о биохимических константах у больных с различными стоматологическими заболеваниями, в частности при пародонтите. Он первый вместе с Николаем Данилевским и Ларисой Хоменко предложил применять ферменты при различных стоматологических заболеваниях. Кузьму Никитича я считаю своим крестным отцом.

— Вы не жалели, что тогда последовали его совету?

— Никогда не жалела о своем выборе, потому что увидела в этой специальности многие хорошие стороны. И в первую очередь то, что стоматолог имеет возможность интегрировать знания из других отраслей медицины — внутренних болезней, гистологии, оторинолярингологии, дерматологии. А самое главное — эта профессия делает пациента красивым. К тому же, стоматолог, в отличие от врачей многих других специальностей, может сразу увидеть результаты своей работы.

— У Вас вся семья — медики?

— Да. Муж Леонид Александрович Седой — офтальмолог, всю жизнь проработал на кафедре глазных болезней. Мы поженились в студенческие годы. Наша дочь Валерия — врач-эндокринолог, оказывает помощь больным диабетом. Это тоже специальность, требующая неординарного мышления. Растет внук Евгений.

— В родных краях бываете часто?

— Не часто. Там живут только дети и внуки сестры, умершей так рано. Да родительским могилам приезжаем поклониться. Но дух родного края ощущаю часто, ведь в Киеве есть Черниговское землячество, и на этих встречах такая удивительная аура! Люди, среди которых прошла моя юность, — удивительный народ. Полищуки работящие, выносливые, очень любят справедливость, гордые, искренние и откровенные. Сопереживают, помогают в беде.
… Как-то Николай Федорович Данилевский (он тоже родом из Черниговщины) в разговоре с коллегами, которые говорили, что вот надо попросить Антонину Михайловну Политун о помощи, заметил:
— А вы ее не просите. Она когда увидит, что вам нужна профессиональная помощь, сама вам навстречу побежит.
И мы пожелали Антонине Михайловне всегда оставаться такой, как она есть, — дочерью своего Полесья, всегда готовой прийти на помощь людям, чьи цели благородны. А на вопрос, чтобы она хотела пожелать своим коллегам в новом году, профессор Политун ответила:
— Оптимизма, любви к своей профессии и внутренней гармонии, которая очень важна для врача, ведь она позволяет получать от своей работы не только материальные выгоды, но и моральное удовлетворение. Пусть Вашим спутником всегда будет стремление к познанию!

Беседовала Анна Антипович.
Фото Владимира Радлинского
и из архива Антонины Политун.